Чемпион мира

1961 год, СССР. Гроссмейстер Виктор Корчной даёт сеанс одновременной игры в Златоусте. Он спрашивает у 10-летнего Толи Карпова, почему тот не взял подставленного гроссмейстером ферзя. Мальчик убеждённо отвечает: «Неспортивно. Вы же зевнули». Делая ход ферзём, Корчной назидательно изрекает: «Дружочек, чемпионы ошибок не прощают. Ну вот, теперь у тебя безнадёжно».

1974 год. Заканчивается вничью последняя, 24-я, партия финального матча претендентов Карпов — Корчной. Карпов побеждает в матче со счётом 3:2 при 19 ничьих. Между соперниками происходит короткий диалог: «Спасибо за игру, Виктор Львович. — Это уже не „игра“, Анатолий Евгеньевич!»…

Президент ФИДЕ Макс Эйве объявляет, что Карпов бросит вызов чемпиону мира Роберту Фишеру. Однако Фишер выставляет такие условия, которые Международная федерация шахмат не может принять; ликующий директор Центрального шахматного клуба Виктор Батуринский приносит Карпову телеграмму Эйве, в которой сообщается, что он официально объявлен чемпионом мира по шахматам. Анатолий ошеломлён и разочарован, он жаждал сыграть с Фишером, но по просьбе собравшихся показывает на камеру свою радость.

Случайно услышав, как его назвали «бумажным чемпионом», у которого не было бы шансов против Фишера, Карпов решает доказать всем обратное. В течение двух следующих лет он с блеском выигрывает турнир за турниром. Чемпион тайно встречается с Фишером на острове Свети-Стефан, но у них не получается договориться о проведении матча. Явно симпатизирующий Анатолию Фишер говорит, что Карпов обязан продвинуться как никогда дальше, и на прощание дарит ему гравюру с известной картины Морица Ретча «Шахматисты», на которой человек играет с дьяволом.

Перед зарубежным турниром Корчной даёт интервью, где уничижительно отзывается о Карпове. Его вызывают в Спорткомитет СССР, где председатель Градов и его помощник обвиняют гроссмейстера в дискредитации советской шахматной школы и припоминают другие его грехи. У кассы Спорткомитета Корчной узнаёт, что ему урезали гроссмейстерскую стипендию — с 300 до 200 рублей.

1976 год. После окончания шахматного турнира в Голландии Корчной заходит в полицейский участок Амстердама, где просит политического убежища.

1977 год. В матчах претендентов Виктор Корчной, неожиданно заигравший как никогда прежде, побеждает одного за другим советских гроссмейстеров Тиграна Петросяна, Льва Полугаевского и Бориса Спасского. Карпов категорически отвергает предложение министра спорта Градова отказаться от игры с Корчным, чтобы не рисковать поражением советского гроссмейстера в матче с «предателем и отщепенцем». Супруга Карпова, балерина Вероника, рассказывает, что её перевели из кордебалета в первые солистки, и уговаривает мужа принять предложение Градова. Карпов понимает, что её подкупили, и тотчас объявляет, что расходится с ней.

Карпов является на заседание Спорткомитета и вполголоса заявляет Градову, что соберёт свою команду и разгромит Корчного. Градов публично объявляет, что Карпов принял вызов претендента, но вполголоса обещает, что в случае проигрыша сотрёт Анатолия в порошок. Врачи сообщают Карпову неутешительную весть: его отец безнадёжно болен, ему осталось жить около двух месяцев.

1978 год. Карпов и его команда улетают в филиппинский город Багио. Матч получается очень грязным, обе стороны обвиняют друг друга во всех грехах. Корчной на пресс-конференции требует вырезать из головы Карпова электроды, на которые ему телепатически транслируются правильные ходы, является к игровому столу со счётчиком Гейгера и даже приводит на игру в составе своей группы телепата и индийских йогов. Батуринский заявляет, что йоги состоят в террористической организации, полиция не пропускает их на следующую игру. Решив поговорить начистоту, Карпов приглашает соперника на тайную встречу на соревнованиях боевых петухов. Корчной с апломбом заявляет, что мировая шахматная корона по праву принадлежит ему: мол, наступила его очередь, но появился молодой выскочка и перехватил то, чего Виктор Львович ждал несколько десятилетий. Ночью чемпион мира находит в своём номере змею, к тому же кто-то переставил будильник; команда решает перебраться в отдельный дом. Отцу Анатолия становится всё хуже; от многомесячного пребывания в тропиках в разгар сезона дождей устаёт вся команда, над домом советской делегации по ночам кружит вертолёт, не давая шахматисту спать. Карпов катастрофически теряет концентрацию и, уже достигнув счёта 5:2, проигрывает три партии почти подряд (28-ю, 29-ю и 31-ю). Корчной ликует. Генсек Брежнев обещает Градову, что в случае проигрыша Карпова «опустит на дно» их обоих.

Чемпион мира берёт последний тайм-аут. В этот момент в Багио прилетает председатель Шахматной федерации СССР космонавт Виталий Севастьянов и, оценив общую удручённую атмосферу унылой безнадёжности, под свою ответственность увозит Карпова в Манилу, где Анатолий азартно болеет за сборную СССР по баскетболу в решающем матче чемпионата мира. Он сбрасывает гнетущее напряжение и впервые за долгое время нормально высыпается.

Карпов просыпается с уверенностью, что в 32-й партии Корчной, выигравший три из четырёх последних партий, не будет, играя чёрными, уравнивать игру и искать ничьей. Он постарается добить дрогнувшего чемпиона, для чего выберет, как он уже неоднократно делал прежде в аналогичных ситуациях, обоюдоострую защиту Пирца—Уфимцева. В 1964 году на турнире в Кисловодске малоизвестный венгерский мастер Дьюла Клюгер победил экс-чемпиона мира Михаила Таля, разыгравшего защиту Уфимцева, применив оригинальную стратегию в миттельшпиле. Анатолий помнит, что много лет назад, разбирая эту партию, нашёл за белых ещё более сильное продолжение. Но оно было настолько неожиданным, что сегодня он даже затрудняется вспомнить, каким именно…

Карпов звонит в Москву жене и просит её, несмотря на то, что в Москве ещё глубокая ночь, поехать к нему домой и разыскать в его архиве запись партии 14-летней давности. Часы уже включены, Карпов опаздывает к первому ходу, но зато он и его помощники — гроссмейстеры Юрий Балашов и Игорь Зайцев — успевают уже в машине, без доски, вслепую, буквально за десять минут вчерне проанализировать идею Карпова и выстроить примерный план на игру. «Ну, на словах красиво. Теперь сыграть». «Как вы это делаете?!» — восхищённо изумляется офицер госбезопасности, сидящий за рулём автомобиля, бешено несущегося по горным дорогам.

За доской Карпов блестяще реализует свой замысел. Ход в записи, найденной женой, не потребовался, но задал нужное стратегическое направление. Корчной попадает в жёсткий цейтнот: 2 минуты на 6 ходов. Претендент оказывается в ловушке и откладывает партию в безнадёжной позиции. На следующее утро президент ФИДЕ и главный судья приезжают в дом команды Карпова с официальным сообщением: Корчной сдался без доигрывания, Анатолий Карпов защитил звание чемпиона мира по шахматам. Советская делегация ликует. Карпов мирится с женой.

Главный судья матча по просьбе Карпова передаёт Корчному запечатанный пакет. В нём копия картины Рётча, полученная когда-то от Роберта Фишера, и короткая записка: «Спасибо за игру. А. Карпов»…