Джонни Гитара

Поначалу фильм воспринимался[кем?] как завуалированный комментарий по поводу маккартистской охоты на ведьм.

Мартин Скорсезе отмечал, что фильм прошёл незамеченным американской аудиторией, поскольку нарушал устоявшиеся формы вестерна, однако сыскал успех в Европе, получив высокие оценки современников, в особенности режиссёров Новой волны, таких как Франсуа Трюффо. Трюффо считал «Джонни Гитару» одним из лучших вестернов. Его особенно впечатлили яркая цветовая гамма, которая идёт к безудержным эмоциям персонажей, и театральность отдельных сцен, где ковбои умирают «с изяществом балерин». По тем же причинам Скорсезе в своём предисловии к видеоверсии фильма (1995) сравнил его с оперой. Оммаж этому фильму содержится в кинофарсе Педро Альмодовара «Женщины на грани нервного срыва» (1988).

С позиций сегодняшнего[какого?] дня фильм воспринимается[кем?] как одна из первых попыток подвергнуть ревизии традиционные для вестерна ценности. Подлинные, самые волевые и деятельные герои фильма — Вена и Эмма; мужчины (в том числе и тот, чьё имя вынесено в название фильма) только следуют их воле. Действиями едва ли не всех главных героев руководит плотская страсть. В фильме изобилует символика с фрейдистским подтекстом.