Dhurandhar: The Revenge

Продолжение разрабатывалось как вторая и заключительная часть дуологии «Dhurandhar». Изначально планировался один фильм, но позднее создатели решили выпустить его в двух частях. Обе части снимались параллельно как единая постановка. Решение разделить фильм было принято на этапе постпродакшна ввиду большого объёма отснятого материала и сложности повествования. Основные съёмки обоих фильмов проходили с июля 2024 года по октябрь 2025 года в Индии и Таиланде. Дополнительные съёмки второй части прошли в январе и феврале 2026 года.

Саундтрек написал Шаշват Садев, тексты песен — Иршад Камил и Кумар. Права на музыку приобрела компания T-Series за 27 крор рупий, сменив Saregama.

Песня «Aaahh Men!» в исполнении Doja Cat прозвучала в тизере, вышедшем 3 февраля 2026 года, и также присутствует в фильме. Первый сингл «Aari Aari» вышел 12 марта 2026 года. Песня представляет собой ремикс одноимённого трека 2003 года датского музыкального дуэта Bombay Rockers и звучала в трейлере фильма. Второй сингл «Main Aur Tu» вышел 17 марта 2026 года. Полный альбом был презентован в тот же день в центре NESCO в Мумбаи. Расширенный альбом с одиннадцатью дополнительными треками был выпущен 24 марта 2026 года.

Рецензенты в целом отмечали, что саундтрек эффективно усиливает впечатление от фильма, хотя некоторые указывали, что он уступает по энергетике музыке первого фильма.

В сцене после титров первой части были объявлены название и дата выхода продолжения. Изначально сообщалось, что тизер будет показан перед фильмом «Border 2» в кинотеатрах 30 января 2026 года, однако этого не произошло. Тизер был выпущен 3 февраля 2026 года, с использованием кадров, которые также появились в сцене после титров первой части. Официальный трейлер вышел 7 марта 2026 года и получил восторженный отклик зрителей. За 48 часов трейлер набрал более 312 миллионов просмотров на всех социальных платформах.

«Dhurandhar: The Revenge» вышел в прокат по всему миру 19 марта 2026 года, совпав с Гуди Падва, Угади и Ид аль-Фитр. Наряду с оригинальной версией на хинди фильм был выпущен также на телугу, тамильском, малаялам и каннада. Фильм получил сертификат «A» (только для взрослых) от CBFC за сильное насилие; итоговая продолжительность составила 229 минут после вырезания некоторых сцен с насилием и нецензурной бранью. Зарубежные показы шли 235 минут. Платные предпоказы были назначены на вечер 18 марта на всех языках, однако несколько сеансов перенесли или отменили; особенно пострадали показы на каннада и малаялам из-за технических проблем и вопросов цензуры. Как и предшественник, фильм был запрещён в странах Совета сотрудничества стран Персидского залива. 30 марта 2026 года в кинотеатры была отправлена исправленная копия после того, как создатели устранили некоторые технические ошибки и приглушили отдельные оскорбления в диалогах.

Права на цифровую потоковую трансляцию в Индии после кинопроката были приобретены JioHotstar за 150 крор рупий. На международных рынках нецензурная версия фильма (продвигавшаяся под названием «Raw & Undekha») вышла на Netflix 15 мая 2026 года. Нецензурная версия включала все нецензурные слова без приглушения, расширенные кровавые сцены и некоторые незначительные изменения в нескольких эпизодах. В Индии нецензурная версия вышла на JioHotstar 5 июня 2026 года. Днём ранее, 4 июня, на платформе также состоялась большая цифровая премьера с интервью и откровенными беседами с актёрами фильма. Позднее фильм вышел на Netflix в Индии 19 июня 2026 года.

«Dhurandhar: The Revenge» получил смешанные отзывы критиков. На агрегаторе рецензий Rotten Tomatoes положительны 36% из 22 рецензий критиков, средняя оценка — 6,10/10. Многие обзоры зарубежных изданий критиковали фильм как за насилие, так и за политическую составляющую.

Николас Рапольд, пишущий для The New York Times, отметил, что фильм «усиливает ультранасилие и провокационное смешение героического зрелища с историей Индии и Пакистана». Соумья Раджендран из Newslaundry отметила, что, несмотря на про-establishment посыл, первый фильм находил отклик у людей разных идеологических взглядов благодаря сильному сюжету, и назвала продолжение «более злым, громким и откровенным в своих посланиях» и «более пустым». Шахана Ясмин из The Independent написала, что для одних зрителей сочетание истории и мифотворчества создаёт захватывающий патриотический триллер, а для других стирает границу между историей и пропагандой. Рецензент IGN Сиддхант Адлакха охарактеризовал фильм как «в пользу откровенной политической пропаганды».

Агниво Ниогги, пишущий для The Telegraph, написал, что фильм «содержит больше крови, больше насилия и наглой пропаганды» и «лишён тонкости, которой мог похвастаться хотя бы "Dhurandhar"». Трейд-аналитик Таран Адарш дал фильму 4,5 из 5 звёзд, назвал его «шедевром» и похвалил масштаб, драму, эмоции, экшен, актёрскую игру и общее впечатление. Bollywood Hungama также поставил 4,5 из 5, заявив, что эмоциональный стержень отличает фильм от простого зрелища. Ришабх Сури из Hindustan Times оценил его в 4 балла из 5, назвав «захватывающим триллером на американских горках, который может не достигать точности первого фильма, но поднимается благодаря мощной игре Ранвира Сингха и напряжённой второй половине». Радхика Шарма из NDTV поставила 3 из 5. Дивья Наир из Rediff.com дала 4 из 5, назвав фильм «увлекательным развлечением с множеством поворотов, многослойным повествованием и сильным эффектом, несмотря на политику, кровь и несоответствия». Чираг Сехгал из News18 поставил 3,5 из 5, отметив захватывающий сюжет с несколькими неожиданными поворотами. Нандини Рамнат, пишущая для Scroll, сравнила фильм с «Marco», «L2: Empuraan» и «K.G.F: Chapter 2», но отметила, что в экшен вплетена прогосударственная пропаганда.

Шубхра Гупта из The Indian Express поставила 2 из 5, написав, что фильм не дотягивает до первой части, а гипернационализм и гипермаскулинность быстро сливаются воедино. Винита Кумар из India Today дала 3,5 из 5, назвав фильм «громким, бескомпромиссным и абсолютно уверенным в себе», отметив при этом его последовательный кинематографический голос. Ренуки Вьявахаре из The Times of India поставила 3 из 5, описав его как «неустанную экшен-феерию, балансирующую на грани избыточности». Маянк Шекхар из Mid-Day поставил 3,5 из 5. Саджин Шрижит из The Week дал 3,5 из 5, отметив, что фильм «длиннее и иначе выстроен по темпу, чем предшественник», а третий акт кажется растянутым. Нониका Сингх из The Tribune поставила 3 из 5, написав, что насилие — «его настройка по умолчанию».

Тatsам Мукерджи из The Wire написал, что фильм использует реальные травмы для подпитки идеологических посланий, которые «менее вымышлены, чем Дхар и его команда готовы признать». Ануж Кумар из The Hindu написал, что фильм «ревёт, но в оглушительном коктейле патриотизма и пропаганды забывает о тихой цене человечности». Мамта Раут из Mashable India назвала фильм «парадоксом», описав его как добротно сделанный шпионский триллер, который «сильно склоняется к пропаганде». Лачми Деб Рой из Firstpost поставила 3,5 из 5, назвав фильм «увлекательным, захватывающим и яростно напряжённым», отметив при этом, что экшен целенаправлен, а не безвкусен. Девеш Шарма из Filmfare.com дал 3,5 из 5, описав фильм как «громкое, кровавое, гипернационалистическое зрелище, которое врывается с размахом и бравадой, но забывает о ценности краткости».

Картик Бхардвадж из Cinema Express назвал его «мастерским, стильным мифотворчеством, которое смешивает захватывающее повествование с тяжёлым политическим посылом». Гаятри Нирмал из Pinkvilla похвалила исполнение, отметив, что вторая часть «кажется немного вялой», а фоновая музыка не соответствует впечатлению от первой. Срујани Мохинта из Zee News описала фильм как соответствующий жанру массового развлечения с эмоционально заряженными сценами. Снеха Бенгани из CNBC TV18 назвала его перегруженным зрелищами продолжением, которое держится на экранном присутствии Ранвира Сингха, но отягощено слабой проработкой персонажей и избыточной продолжительностью. Сакши Салил Чаван из Outlook поставила 2 из 5, написав, что фильм «сильно опирается на кровь, насилие и явную прогосударственную пропаганду», но «не сумел воссоздать богатый мир, определявший первый фильм».

«Dhurandhar: The Revenge» собрал более 1852 крор рупий (190 млн долларов США) по всему миру, став вторым по сборам индийским фильмом всех времён. В Индии он собрал 1361 крор рупий (140 млн долларов), а на зарубежных рынках — 475,93 крор рупий (49 млн долларов), без проката в странах ССАГПЗ и Китае. Итоговое число посещений в ходе кинопроката превысило 4 крор билетов. В итоге фильм стал вторым по сборам фильмом на языке хинди в мире, самым кассовым фильмом на хинди внутри страны, третьим по сборам фильмом в Индии, самым кассовым индийским фильмом 2026 года и девятым по сборам фильмом 2026 года в мире.

Фильм собрал 75 крор рупий на платных предпоказах 18 марта 2026 года, за день до официального выхода, побив прежний индийский рекорд, принадлежавший «Stree 2» (2024) и «They Call Him OG» (2025). В первый день проката, 19 марта 2026 года, фильм заработал от 130 до 174 крор рупий, а с учётом предпоказов предыдущего дня — от 196 до 240 крор рупий по всему миру. Это стало рекордом открытия для болливудского фильма, превзойдя прежний рекорд «Adipurush». Глобальные сборы за открывающий уик-энд превысили 80 млн долларов, уступая только «Project Hail Mary». К концу открывающих выходных фильм заработал по всему миру 759,91 крор рупий, из них около 209,60 крор рупий — за рубежом. К концу второго уик-энда мировые сборы фильма достигли 1435 крор рупий, а на второй неделе проката превысили 1500 крор рупий. Это был самый быстрый индийский фильм, преодолевший отметку в 1500 крор рупий по всему миру.

5 апреля 2026 года фильм стал первым индийским фильмом, преодолевшим отметку в 25 млн долларов в Северной Америке, и самым кассовым индийским фильмом в Германии. 6 апреля он стал первым фильмом на хинди, собравшим более 1000 крор рупий чистыми сборами в Индии на всех языках. Совокупные мировые сборы дуологии «Dhurandhar» превысили 3203 крор рупий (330 млн долларов), и её назвали самой кассовой индийской франшизой, обогнав франшизы «Baahubali» и «Pushpa». India Today сообщала, что «Dhurandhar: The Revenge» стал самым кассовым индийским фильмом в мире без учёта Китая и стран ССАГПЗ, где фильм не демонстрировался. На зарубежных рынках на пятой неделе проката фильм стал самым кассовым индийским фильмом в Великобритании, Австралии и Новой Зеландии, собрав соответственно 4,388 млн фунтов стерлингов, 8,255 млн долларов и 1,295 млн долларов.

Фильм открывается отказом от ответственности, в котором говорится, что это художественное произведение, вдохновлённое реальными событиями, и его не следует воспринимать как точное изображение исторических фактов. Несмотря на это, в сюжет включены несколько реальных терактов в Индии, а события и общественные деятели недавней политической истории Индии переосмыслены, в том числе денежная реформа 2016 года и вымышленная версия убитого политика и гангстера Атика Ахмеда.

Некоторые рецензенты поставили под сомнение точность отдельных фактических утверждений. Dainik Bhaskar сообщала, что изображение персонажа, основанного на Атике Ахмеде, как участника махинаций с фальшивыми деньгами, противоречит обвинительным заключениям полиции Уттар-Прадеша, а хронология событий вокруг его ареста показана неверно. Фильм также подаёт как установленный факт недоказанное утверждение о связи этого персонажа с контрабандой оружия, связанной с «Лашкар-е-Тайбой» и ISI. The Federal отметила, что никакие документы не подтверждают пакистанской связи, помимо заявлений полиции Уттар-Прадеша. The Indian Express описала подход режиссёра как смешение реальных событий с вымыслом в качестве намеренного приёма повествования.

Фильм вызвал значительную критическую дискуссию относительно его политического подтекста. Variety написала, что фильм усиливает существующие патриотические настроения и что уровень насилия ставит его выше других недавних примеров антимусульманского нарратива в индийском кино. The Federal пришла к выводу, что фильм подразумевает: принадлежность к любой партии, оппозиционной Бхаратия Джаната парти (BJP), равнозначна получению финансирования из Пакистана. The Economist отметила, что профессиональные критики на Rotten Tomatoes в целом характеризовали оба фильма как пропаганду в пользу Нарендры Моди. Ниссим Маннатукаррен, пишущий для The Hindu, утверждал, что фильм отождествляет правящую партию с государством, делая невидимыми другие формы политического насилия и спектакуляризируя националистическое насилие. Прятьюш Парасураман, пишущий для Frontline, утверждал, что фильм использует как пакистанские, так и индийские меньшинства в рамках националистической логики. Сиддхант Адлакха из IGN утверждал, что многократное включение реальных политических событий в вымышленный сюжет рискует обострить напряжённость в отношениях между Индией и Пакистаном и в отношении индийских мусульман. Винита Кумар из India Today утверждала, что мишенью фильма является спонсируемый государством пакистанский терроризм, а не Пакистан или мусульмане в целом, и что его позиция совпадает с позицией правительства Индии.

The Independent сообщила о разделённом мнении зрителей и предположила, что коммерческий успех фильма может укрепить гипермаскулинный национализм как устойчивую формулу в мейнстримном кино на хинди. Профессиональные критики характеризовали фильм как «откровенную политическую пропаганду», «про-establishment пропаганду», «прогосударственную пропаганду» и «наглую пропаганду».

Не все комментаторы согласились с характеристикой как пропаганды. Ясер Усман, пишущий для NDTV, утверждал, что фильм следует рассматривать в традиции болливудского фильма масала, а не как политический манифест. Нирмалья Датта, пишущий для The Times of India, задался вопросом, применяется ли ярлык пропаганды последовательно к разным фильмам. Комментатор журнала Open утверждал, что схожие пристрастные прочтения можно применить и к признанным западным фильмам, таким как «Спасти рядового Райана» и «Цель — Бен Ладен».

Фраза «Mera Baccha Hai Tu» («Ты мой ребёнок»), которую произносит персонаж Джамиль Джамали (Ракеш Йеди) в обоих фильмах «Dhurandhar», распространилась в социальных сетях, мемах и коротких видео. Несколько брендов и агентств, в том числе полиция Дели, Wai Wai, Haldiram's и Vadilal, адаптировали эту фразу для рекламных кампаний.