Дон Диего и Пелагея

Студия «Межрабпом-Руси» делила создаваемые фильмы на две группы: так называемые «боевики» — фильмы с хорошим финансированием и звёздными актёрами по известным первоисточникам для повсеместного проката «первым экраном» и рядовые фильмы с более скромными затратами «для низового демократического зрителя». Фильм «Дон Диего и Пелагея» относился к рядовым, однако был хорошо принят критикой, и в настоящее время считается одной из значительных комедий 1920-х годов и удачей Протазанова.

Критики откликнулись на фильм многочисленными рецензиями (положительными С. А. Ермолинского в «Правде», Н. Д. Волкова в «Известиях», отрицательной Э. М. Арнольди в сборнике «Пять искусств: Временник» и др.). Фильм был признан критиками удачной комедией, но «не столько комедией положений (как „Два друга, модель и подруга“), сколько сатирической комедией нравов», наследницей традиций Н. В. Гоголя и А. В. Сухово-Кобылина. При этом и положительные, и отрицательные рецензии подчёркивали, что комедия в сущности не столько смешная, столько печальная и даже злая (в одной из газет был приведён отзыв зрителя, назвавшего фильм трагедией). Анализируя реакцию критиков и зрителей (в том числе современных), киновед П. А. Багров определяет «Дона Диего…» как первую в отечественном кино картину в жанре «грустной комедии», в дальнейшем развитом в том числе режиссёрами Д. Рондели, Э. Шенгелаей, Г. Данелией.

В дальнейшем комедия не была забыта, в частности в своих работах в 1960—1970-х годов ей уделяют внимание киноведы Н. А. Лебедев, М. А. Кушниров (оценивая положительно) и Р. Н. Юренев (отзываясь смешанно).