Мой сын

Геннадий Мичурин — Андрей Сурин

Анна Стэн — Ольга Сурина

Николай Черкасов — Пат, эстрадник в пивной

Борис Чирков — Паташон, эстрадник в пивной

Фёдор Никитин — вор

Надежда Ермакович

Урсула Круг — мать умершего мальчика

Елена Волынцева — худая мещанка

Борис Феодосьев — начальник дружины

Лента была утрачена в годы Великой Отечественной войны. В 2008 году в Аргентине обнаружили пять катушек 16-миллиметровой плёнки с фильмом (без оригинальных титров), атрибутированным как El Hijo del otro («Сын другого»). Копии картины хранились в архиве Музея кино в Буэнос-Айресе. Это событие киноведы расценивают как «крупнейшее архивное открытие в истории русского кино за последние полвека» и сравнивают с «выходом на экран второй серии „Ивана Грозного“».

Кинокритик Ростислав Юренев писал, что фильм вызвал «разноречивые отзывы критики». Фильм критиковали Борис Алперс и Константин Фельдман за отход от классовой позиции. Сам Юренев считал, что «критические бои вокруг фильма — свидетельство его талантливости».

Кинокритик Борис Алперс считал: «Тема о семейном раскрепощении женщины, на которую беспрестанно ссылается режиссёр в объяснительных надписях, вытесняется чисто адюльтерной „интрижкой“… Салонность сказалась и на стремлении режиссёра „облагородить“ современный рабочий быт. Вся картина построена на слащавых графических кадрах, напоминающих виньетки с конфетных коробок». Константин Фельдман критиковал режиссёра за то, что он не оторвался от старых буржуазных форм выражения.

Кинокритик Владимир Недоброво хвалил фильм за лиризм и внимание к быту.

Киновед Адриан Пиотровский отмечал: «Действие построено здесь как будто бы на „быте“, на повседневных буднях рабочей семьи. Но быт дан здесь как своего рода поэзия, и главное в картине — это лирические отступления вокруг основной темы фильмы, утверждающей ценность нового человека, ребёнка, сына, входящего в мир». Критик писал, что «картина Червякова кладёт в нашей кинематографии начало новой линии бытовых обобщений, она пользуется для этого сложными средствами современной кинематографической техники. Она утверждает право на существование и внимание зрителя для нового, но обещающего богатейшее будущее жанра лирической фильмы».

Кинокритик Пётр Багров рассматривал кинокартину «Мой сын» как одну из трёх важнейших работ режиссёра Червякова, наряду с фильмами «Девушка с далёкой реки» и «Золотой клюв».