Ночь на Земле

Лос-Анджелес. Из аэропорта Лос-Анджелеса девушка-таксистка по имени Корки везёт в Беверли-Хиллз агента по подбору актёров Викторию Снеллинг. По дороге она много курит, ругается и рассказывает пассажирке о своих жизненных планах (она хочет стать механиком). В конце пути Виктория предлагает Корки пройти кинопробы на роль в фильме, но та отказывается.

Нью-Йорк. Добродушный таксист Хельмут Грокенбергер — иммигрант из Дрездена (ГДР), в прошлом цирковой клоун. Он плохо говорит по-английски, не умеет пользоваться автоматической коробкой передач и совершенно не знает Нью-Йорк. Его пассажир, афроамериканец Йо-Йо, садится за руль сам.

Париж. Таксист в бомбере, выходец из Кот-д’Ивуара, везёт слепую женщину, которая едет на свою привычную ночную прогулку вдоль Сены. По дороге таксист задаёт ей наивные и бестактные вопросы о том, каково быть слепой. Пассажирка уверяет, что «видит» своим внутренним зрением не хуже его, зрячего. Водитель ей не верит. В доказательство своей правоты женщина по акценту точно определяет, из какого района Африки происходит таксист. Водитель выпускает пассажирку на набережной, трогается с места и тут же попадает в аварию — его машина сталкивается с другой, едущей навстречу. Слепая женщина уже издалека слышит удар и скрежет металла, а также крики второго участника ДТП: « — Куда ты едешь! Ты что, слепой?!» Женщина удовлетворённо улыбаясь, не спеша удаляется по ночной набережной Сены.

Рим. Развязный и сексуально озабоченный таксист берёт пассажира-священника и по дороге решает ему исповедаться. Машина таксиста, старый и потрёпанный Fiat 128, мчится по тёмным, грязным и ухабистым улицам старого Рима. Увлечённый собственной «исповедью», таксист не разбирает дороги, пару раз проезжая мимо одной и той же молодой пары, занимающейся любовью прямо на улице под фонарём. Водитель (первой его «любовью» была тыква, потом овца, затем жена его брата) не замечает, как пассажиру становится плохо и тот теряет признаки жизни. Испуганный таксист усаживает тело на скамейку, и, прикрыв открытые глаза священника своими тёмными очками, уезжает.

Хельсинки. Финский таксист Мика везёт троих сильно выпивших друзей. Один из них, Аки, спит, а его товарищи рассказывают, что у него был худший день в жизни: его уволили с работы, разбили его новую машину, узнал о беременности своей 16-летней дочери, а жена решила развестись и выгнала его из дома. На это Мика отвечает, что бывает и хуже, и рассказывает свою историю. Они с женой Эйей очень хотели ребёнка, но их дочь родилась недоношенной, и врач сказал, что она проживёт не больше недели. Чтобы вынести боль от потери, Мика решил не любить своего ребёнка. Прошло три недели, а дочь была ещё жива. Мика снова впустил любовь к ней в своё сердце, но в тот же день она умерла. Пассажиры проникаются сочувствием к Мике и понимают, что «с Аки ничего страшного не случилось», его неприятности — ерунда. Двое друзей Аки выходят из машины и таксист будит Аки, который расплачивается за проезд из своего выходного пособия. Выйдя из такси, Аки в растерянности садится на заснеженный тротуар.

Комментарий режиссёра:

Снимать внутри автомобиля очень трудно. Каждый, кто снимал, вряд ли захочет повторить этот опыт. Нам было сложнее вдвойне, потому что я хотел не только рассказать истории персонажей, но и передать атмосферу ночных улиц этих городов. В Финляндии машина сломалась прямо на путях перед трамваем. Актёры не могли быстро выбраться из автомобиля из-за закреплённого на нём оборудования, мы еле успели остановить трамвай. Оператор Фред Элмс (Fred Elms) сам управлял камерой, когда нужно было снять сложные ракурсы. А на улице в это время было 14 градусов мороза. В Италии наша съёмочная группа вызвала подозрение у полицейских. Поскольку паспорта мы оставили в гостинице, нам пришлось просидеть под замком пять часов.