Раджа Харишчандра

Даттатрая Дамодар Дабке — Харишчандра

Анна Салунке — Тарамати, жена Харишчандры

Бхалчандра Пхалке — Рохиташва, сын Харишчандры и Тарамати

Гаджанан Васудев Сане — Вишвамитра

Другими актёрами в фильме были Даттатрея Кширсагар, Даттатрея Теланг, Ганпат Г. Шинде, Вишну Хари Аундкар и Нат Т. Теланг.

14 апреля 1911 года Дадасахеб Пхалке вместе со старшим сыном Бхалчандрой пошёл на фильм «Удивительные животные» в «America India Picture Palace» в Гиргаоне. Бхалчандра, удивлённый тем, что на экране появились животные, рассказал матери Сарасватибай о своих впечатлениях. Никто из членов семьи ему не поверил, и на следующий день Пхалке повёл всю семью на этот фильм. Поскольку был Пасхальный день, в кинотеатре показывали фильм о Христе — «Жизнь Христа» (1906) французского режиссёра Алисы Ги-Блаше. Глядя на Иисуса на экране, Пхалке мысленно видел вместо него индуистских богов Раму и Кришну и решил заняться бизнесом «движущихся картин». Завершив двухнедельную поездку в Лондон для изучения кинотехники, он 1 апреля 1912 года основал «Phalke Films Company».

Во время поездки в Лондон Пхалке заказал камеру «Уильямсон», сырую плёнку «Кодак» и перфоратор, которые прибыли в Бомбей (ныне Мумбаи) в мае 1912 года. Он оборудовал проявочную комнату и научил семью перфорировать и проявлять плёнку. Хотя Пхалке был убеждён в своей идее, инвесторов найти не удавалось. Поэтому он решил снять короткий фильм, чтобы продемонстрировать методику. Он посадил несколько горошин в горшок, установил перед ним камеру и снимал по одному кадру в день в течение более месяца. В результате получился фильм длиной чуть более минуты о том, как семя прорастает, пускает побеги и превращается в вьющееся растение. Пхалке назвал короткометражку «Анкурачи Вадх» («Рост горохового растения») и показал её избранным людям. Некоторые из них, в том числе Яшвантрао Надкарни и Нараянрао Девхаре, предложили Пхалке ссуду.

В своём журнале на маратхи «Суварнамала» Пхалке опубликовал рассказ «Сурабайчи Кахани» («История Суры»). Рассказ, изображавший пагубные последствия алкоголизма, был первым, который Пхалке рассматривал для экранизации. Просмотрев несколько американских фильмов, демонстрировавшихся в Бомбее, он заметил, что в них есть тайна и романтика, которые нравятся зрителям. Члены его семьи предложили, чтобы сюжет был интересен представителям среднего класса и женщинам, а также подчёркивал индийскую культуру.

Рассмотрев различные сюжеты индуистской мифологии, семья Пхалке составила короткий список из легенд о Кришне, Савитри и Сатьяване и о Харишчандре. В то время пьеса по легендам о Харишчандре пользовалась популярностью на сценах маратхской и урду-драмы. Друзья и соседи часто называли Пхалке «Харишчандрой», поскольку он распродал всё своё имущество, кроме мангальсутры жены, ради осуществления мечты о кино. Поэтому Пхалке остановился на легендах о Харишчандре и написал сценарий своего художественного фильма.

Пхалке публиковал объявления в различных газетах, например в «Индупракаш», с призывом к актёрам и съёмочной группе. Объявления вызвали хороший отклик, и на прослушивания пришло много желающих. Однако, несмотря на растущий отклик, Пхалке не был доволен мастерством исполнителей. Он прекратил публиковать объявления и решил искать артистов через театральные труппы.

Падурang Гадхадхар Сане и Гаджанан Васудев Сане были среди первых артистов, вошедших в «Phalke Films Company». Первый играл женские роли в театральной труппе «Натьякала», второй выступал в спектаклях на урду. Оба согласились работать за 40 рупий в месяц. Гаджанан Сане познакомил Пхалке со своим знакомым Даттатраей Дамодаром Дабке. Пхалке впечатлило его телосложение и манера держаться, и он предложил ему главную роль Харишчандры.

Откликнувшись на объявление, на роль Тарамати прослушивались четыре проститутки. Пхалке отказал им из-за недостаточно привлекательной внешности и переписал объявление: «На собеседование приходите только симпатичные женщины». Ещё две проститутки прослушались, но ушли через два дня. Молодая женщина, бывшая любовница, прослушалась, и Пхалке выбрал её на главную женскую роль. Она репетировала четыре дня. Однако на пятый день её хозяин возражал против её участия в фильме и увёл её. В отчаянии Пхалке отправился в квартал красных фонарей Бомбея на Грант-роуд в Каматипуре. Ему предложили либо заплатить большой гонорар, либо жениться на этой женщине. Однажды, пивши чай в ресторане на Грант-роуд, Пхалке заметил Кришну Хари, он же Анна Салунке, юношу с женственной внешностью, тонкими чертами лица и руками. Салунке работал поваром или официантом в этом ресторане за 10 рупий в месяц. Он согласился сниматься в кино, когда Пхалке предложил ему надбавку в пять рупий.

Пхалке прослушал многих мальчиков на роль Рохиташвы, сына Харишчандры и Тарамати, но ни один из родителей не разрешил детям участвовать в фильме, так как персонаж должен был жить в лесу и умирать. В итоге роль получил старший сын Пхалке Бхалчандра, став первым детским актёром индийского кино.

Пхалке нанял около сорока человек для своей киностудии, которую в те времена называли фабрикой. Поскольку работа в кино считалась неприличной, Пхалке советовал своим актёрам говорить другим, что они работают на фабрике у человека по имени Харишчандра. Пхалке посмотрел несколько зарубежных фильмов, чтобы изучить написание сценариев, и затем завершил сценарий «Раджи Харишчандры». В фильме были заняты только мужчины, так как не нашлось женщин для женских ролей. Мужчины, игравшие женские роли, после прихода на студию должны были надевать сари и выполнять женскую работу, например просеивать рис и молоть муку, чтобы помогать Сарасватибай. Хотя некоторые актёры были связаны с театром, большинство участников не имели опыта актёрской игры. Пхалке провёл с актёрами несколько репетиций. Часто ему самому приходилось надевать сари и показывать сцену. В репетиционной студии развесили фотографии из английских журналов, на которых были изображены различные выражения лица. Все актёры обязаны были проходить обязательное упражнение, в котором им предлагалось изобразить похожие лица.

Примерно в то же время в Бомбей приехала драматическая труппа «Раджапуркар Натак Мандали». Многие её спектакли основывались на индуистской мифологии. Пхалке встретился с владельцем труппы Бабаджирао Раном и объяснил ему свою идею производства национального кино. Ране идея понравилась, и он предложил поддержку, одолжив своих актёров и костюмы. Пхалке решил использовать в фильме такие вещи, как корона, парик, мечи, щиты, луки и стрелы Харишчандры. Шурин Пхалке владел двумя драматическими труппами: «Белгаокар Натак Мандали» и «Сарасвати Натак Мандали». Он предложил аналогичную помощь, но Пхалке вежливо отказался, так как основной состав актёров и съёмочной группы уже был утверждён. Пхалке разработал костюмы и декорации по картинам Раджи Рави Вармы и М. В. Дхурандхара. Декорации дворца, джунглей, гор, полей и пещер он сам написал на занавесах. После того как для съёмок в павильоне были установлены декорации, художник Рангнекар был нанят за месячное жалованье в 60 рупий.

Пхалке импортировал оборудование для съёмок и показа из Англии, Франции, Германии и США у таких производителей, как «Houghton Butcher», «Zeiss Tessar» и «Pathé». Это включало негативную и позитивную киноплёнку, камеры, светильники, лабораторное оборудование, печатные и монтажные машины, инструменты для резки негатива и кинопроекторы. Пхалке взял на себя обязанности по сценарию, режиссуре, художественному оформлению, гриму, монтажу и обработке плёнки. Он попросил приехать в Бомбей своего друга детства из Нашика Трымбака Б. Теланга. Теланг работал жрецом в храме Тримбакешвара Шивы. Пхалке в детстве научил его фотографии как увлечению. По приезде Пхалке обучил Теланга работе с камерой «Уильямсон» и назначил его оператором фильма.

Работа над декорациями фильма началась после сезона муссонов 1912 года. Пока возводились декорации в бунгало Пхалке в Дадаре, в деревне Ванганги за пределами Бомбея была запланирована съёмка на натуре. Некоторые мужчины, игравшие женские роли, в том числе Анна Салунке, исполнявший главную женскую роль, не соглашались сбривать усы, потому что это часть индуистского ритуала, который совершается после смерти отца. Пхалке уговорил актёров и их отцов сбрить усы, и группа отправилась в Ванганги.

Группа разместилась в деревенском храме и продолжала репетиции до приезда Пхалке из Бомбея. Жители деревни испугались, увидев труппу людей в костюмах, размахивающих мечами, щитами и копьями во время репетиции сцен. Они сообщили патилу (старосте деревни), что в деревню вторглись дакойты (разбойники). Тот немедленно доложил фаудару (командиру), который пришёл к храму. Группа объяснила им суть кинопроизводства, но фаудар не поверил их рассказу и арестовал всех. Когда Пхалке прибыл в деревню, он сразу встретился с патилом и фаударом и снова объяснил им, что такое кино и съёмки, показав оборудование. Не заряжая плёнку в камеру, он попросил свою группу разыграть одну из сцен фильма и изобразил съёмку этой сцены. Посмотрев на сцену, фаудар понял замысел Пхалке и освободил всех.

Играя с другими детьми, Бхалчандра упал на камень и разбил голову. Пхалке обработал рану из аптечки, но мальчик остался без сознания. Некоторые участники группы предложили отвезти Бхалчандру в Бомбей для дальнейшего лечения и возобновить съёмки, когда он полностью выздоровеет. Сцена, которую предстояло снять, показывала Рохиташву, персонажа Бхалчандры, мёртвым на погребальном костре. Возобновление съёмок на натуре после выздоровления Бхалчандры задержало бы производство и увеличило бы расходы. Чтобы избежать того и другого, Пхалке стоически решил снять сцену с Бхалчандрой, находившимся без сознания. Как и в легендах о Харишчандре, царь вместе с Тарамати и Рохиташвой посещает Каши. Для Пхалке было финансово затруднительно поехать в Каши и снимать там сцены. Поэтому он отправил группу в Тримбакешвар, где они разбили лагерь примерно на месяц и сняли необходимые сцены. Пхалке проявлял плёнку ночью для сцен, снятых в течение дня. Если сцены были не нужного качества, он переснимал их на следующий день. Съёмки были завершены за шесть месяцев и двадцать семь дней, в результате получился фильм длиной 3 700 футов (1 100 м), примерно четыре бобины.

Пхалке использовал трюковую съёмку для сцены, где божество появляется и исчезает из-за дыма от ягья-кунды мудреца Вишвамитры. Негативная плёнка, которой пользовались, имела ограниченную спектральную чувствительность и слабо реагировала на красную часть спектра; поэтому декорации, костюмы и грим художников по гриму избегали красного цвета. В начале XIX века в пьесах имелся вступительный эпизод: ведущий, или конферансье, представлял исполнителей. Члены группы предложили, чтобы в фильме был такой же вступительный эпизод, в котором Пхалке и его жена сыграли бы роли Сутрадхара и Наты. Пхалке согласился с идеей, но не смог убедить Сарасватибай сниматься перед камерой. В итоге роль Наты исполнил Падурang Гадхадхар Сане.

Пхалке столкнулся с трудностями в организации показа в кинотеатре, так как критика его работы уже началась. Он решил показать фильм узкому кругу зрителей и организовал премьеру в театре «Олимпия» в Бомбее 21 апреля 1913 года в 21:00. Среди приглашённых были врач и общественный деятель сэр Бхалчандра Бхатавдекар, учёный Р. Г. Бхандаркар, судья суда мелких тяжб Джастис Дональд, редакторы газет и их представители, а также некоторые интеллектуалы и видные деятели Бомбея. Поскольку младшая дочь Пхалке Мандакини болела воспалением лёгких, его старший брат Шивраампант советовал перенести премьеру на другой день. Однако приглашения уже были разосланы, а театр был свободен только 21 апреля, поэтому Пхалке не мог изменить своё решение.

Бхатавдекар открыл премьеру, отметив «смелость» Пхалке. Судья Дональд отметил, что фильм поможет европейцам лучше узнать индуистскую мифологию. Анант Нараян Кавлгекар из газеты «Кесари» в своей рецензии написал: «Пхалке блестяще продемонстрировал миру своё мастерство». Газета «Таймс оф Индия» в рецензии отметила, что сцены фильма «попросту великолепны», и «действительно приятно видеть это произведение индийского мастерства». Благодаря благоприятным отзывам Нанасахеб Читре, менеджер кинотеатра «Коронейшн Синематограф и Variety Hall» в Гиргаоне, выразил желание показать фильм.

Фильм вышел в прокат 3 мая 1913 года в кинотеатре «Коронейшн Синематограф и Variety Hall». В программу входили танец Ирен Дельмар, комический номер McClements, жонглирование ногами от Александрова и комические номера «Тип-Топ», за которыми следовал фильм. Продолжительность показа составляла полтора часа, в день планировалось четыре сеанса: в 18:00, 20:00, 22:00 и 23:45. В объявлении о фильме, опубликованном в газете «The Bombay Chronicle», в конце была приписка, что цены на билеты будут вдвое выше обычных. Фильм неделю шёл при полных залах, а затем показ продлили ещё на двенадцать дней. Специальный сеанс 17 мая был назначен только для женщин и детей, с половинной ценой. Изначально 18 мая объявлялось как последний показ, но из-за популярности фильм продолжил демонстрацию. Он непрерывно показывался двадцать три дня до 25 мая, а 28 июня его показали в театре «Александра». В номере «The Bombay Chronicle» от 5 мая 1913 года отмечалось, что «эту чудесную драму великолепно представила труппа актёров», и хвалили «красоту и изобретательность», с которыми Пхалке сумел представить сцены фильма.

Весть об успехе фильма в Бомбее разнеслась по всей Индии, и в различных городах стали требовать показа фильма. Поскольку в то время не было кинодистрибьюторов, Пхалке приходилось возить фильм, проектор, оператора и нескольких помощников из города в город. Когда фильм демонстрировался в течение недели в кинотеатре «Наваби» в Сурате, Пхалке подписал временное соглашение о 50-процентном партнёрстве с владельцем кинотеатра. Несмотря на рекламу, на первом показе фильм встретили прохладно. Разочарованный выручкой всего в 3 рупии, владелец предложил Пхалке либо отменить показ, либо увеличить его продолжительность, либо снизить цены на билеты. Пхалке вежливо отверг эти предложения. Он опубликовал объявление на гуджарати, призывая людей посмотреть «57 000 фотографий шириной три четверти дюйма и длиной две мили» всего за одну индийскую анну. Он также велел своим актёрам разыграть некоторые сцены фильма на городской площади. Реклама возымела нужный эффект, и выручка выросла до 300 рупий. Позднее фильм показывали в Пуне, Коломбо, Лондоне и Рангуне с титрами на маратхи и хинди.

Историк кино Фироз Рангунвалла считает, что фильм «произвёл большое впечатление и привлёк большую аудиторию в разных местах», а его кассовый успех обеспечил «печать признания и заложил основу киноиндустрии» страны. Режиссёр и оператор Говинд Нихаланни объясняет, что фильм частично снимали на открытом воздухе при прямом солнечном свете, а частично в павильонах на натуре, где солнечный свет смягчался белым муслином, что создавало мягкий рассеянный свет. Он отмечает тональную градацию, освещение и движения камеры. Он также обращает внимание на сцену, где божество появляется и исчезает из-за дыма от ягья-кунды мудреца Вишвамитры, создающую впечатление, что сцена снята одним кадром. Кинокритик Сатиш Бахадур указывает, что, хотя титры в фильме были на английском и хинди, в нём было «что-то несомненно махараштрийское». Он также отмечает, что интерьеры и костюмы стран в фильме скорее соответствуют стилю декана периода Пешвы, чем Северной Индии. Ашиш Раджадхьякша в своей книге «Эпоха Пхалке: конфликт традиционной формы и современной технологии» (1993) пишет, что повествовательный стиль фильма был заимствован из живописи, театра и традиционных искусств, чтобы привлечь зрителей в кино. Дилип Раджпут из Национального киноархива Индии отмечает, что сцены фильма кажутся быстрее из-за современной скорости проектора в 24 кадра в секунду по сравнению со скоростью 16–18 кадров в секунду у проектора, которым пользовались при первом показе фильма.

Фильм маратхи «Фабрика Харишчандры» (2009) режиссёра Паресха Мокаши изображает создание «Раджи Харишчандры». Фильм получил Национальную кинопремию за лучший художественный фильм на языке маратхи на 56-й церемонии вручения национальных кинопремий. Его выдвинули от Индии на премию «Оскар» в 82-й церемонии в категории лучшего фильма на иностранном языке, а также на премии BAFTA (62-я церемония) и «Золотой глобус» (66-я церемония), однако в финальный список пяти номинантов он не вошёл.

Первоначальная длина фильма составляла 3 700 футов (1 100 м), примерно четыре бобины. В 1917 году последняя копия фильма загорелась из-за постоянного трения и воздействия высоких температур во время перевозки из одного кинотеатра в другой на телеге, запряжённой быками. Пхалке без промедления переснял фильм, создав версию, которая существует сегодня. Однако только первая и последняя бобины оригинального фильма сохранились в Национальном киноархиве Индии (NFAI), поэтому фильм считается частично утраченным. Некоторые историки кино полагают, что эти бобины на самом деле принадлежат ремейку 1917 года под названием «Сатьявади Раджа Харишчандра». NFAI создал дубликат фильма, но примерно двадцать процентов левой части кадра были утрачены при переносе. Считается, что оставшиеся бобины были уничтожены вместе с 1 700 нитратными плёнками при пожаре в Институте кино и телевидения Индии 8 января 2003 года. Позднее копии были найдены в личной коллекции детей Пхалке. NFAI отреставрировал и оцифровал фильм.

Статус «Раджи Харишчандры» как первого полнометражного индийского художественного фильма вызывает споры. Некоторые историки кино считают первым индийским фильмом немую картину Дадасахеба Торне «Шри Пундалик». Фильм Торне был показан в том же кинотеатре, что и «Раджа Харишчандра», 18 мая 1912 года, почти на год раньше. В пользу «Раджи Харишчандры» приводится довод, что «Шри Пундалик» представляет собой кинематографическую запись спектакля, снятого одной неподвижной камерой британским оператором, а плёнка обрабатывалась в Лондоне. Правительство Индии признаёт «Раджу Харишчандру» первым индийским художественным фильмом. В 1969 году оно учредило премию Дадасахеба Пхалке, высшую награду в области кино страны, в честь вклада Пхалке в индийское кино.