Чекист

Сотрудники одной из губернских Чрезвычайных комиссий, — Андрей Срубов, Ян Пепел и Исаак Кац, — зачитывают длинные списки врагов советской власти — тех, кто служил у белых, либо, по той или иной причине помогал им; тех, кто на кухне ругал большевиков; тех, чья вина состоит только в «неподходящем» социальном происхождении. Приговор чекисты выносят сами, он неизменно молниеносен, почти всегда одинаков и безоговорочен: расстрел. Пытаясь соблюдать «революционную законность», которая, по их мнению, заключается лишь в отдельном рассмотрении каждого конкретного дела, «судьи» превращают зачитывание списков в рутину. Их «суд» настолько бездушен и бездумен, что они могут приговорить к смерти самих себя: так, вместе с именами «контрреволюционеров» Кац в шутку зачитывает имя Яна Пепла, и последний, не вдумываясь в смысл сказанного, приказывает себя же расстрелять.

После вынесения приговора заключённых выводят из камер и отправляют в подвальную душевую, где им приказывают раздеться, ставят по пять человек к стене и расстреливают в затылок. Затем трупы выволакивают наружу, откуда ежедневно выезжает грузовик, переполненный телами казнённых людей.

Одна из центральных тем данной картины — внутренняя трагедия интеллигента Срубова, выражаемая в его попытке оправдать насилие нуждами большевистской революции. В отличие от своих малообразованных соратников, для которых проводимые в застенках массовые расправы являются делом исторической мести тем, кого они считают своими врагами, Срубов пытается выстроить философию, которая могла бы оправдать кровопролитие общественным благополучием. Априорная неразрешимость поставленного вопроса приводит его к невыносимым мукам совести и далее к окончательному умопомешательству. Ведь жизнь в окружении мёртвых оказывается куда страшнее, чем смерть в окружении живых.