Белый Клык

Олег Жаков — Уидон Скотт, горный инженер

Елена Измайлова — Алиса, его жена

Лев Свердлин — Мэтт, помощник Уидона

Павел Плотников — Красавчик Смит

Осип Абдулов — Тим Кинэн, владелец бульдога

Золотоискатели:

Иван Бобров, Эммануил Геллер, Виктор Латышевский, Пётр Репнин

Сценарист, режиссёр — Александр Згуриди

Операторы:Борис Волчек (съёмка павильонов)Глеб Троянский, Виктор Асмус (съёмка натуры)

Второй оператор — Нина Юрушкина

Художники — В. Басов, Сергей Козловский, Н. Миронович

Художник-гримёр — Ф. Евдокимов

Композитор — Виктор Оранский

Звукооператор — А. Камионский

Государственный оркестр Министерства кинематографии СССР (в титрах не указан)Дирижёр — Давид Блок

Текст — В. Попова

Ассистенты:

режиссёра — Г. Ельницкая, Александр Сардан

по монтажу — Н. Дзугутова

оператора — И. Озолина

Консультант по работе с актёрами — Лев Свердлин

Научные консультанты — проф. П. А. Мантейфель, проф. П. А. Петряев

Административная группа — Н. Клюквин, В. Ряжский, Р. Рудин

Экранизация романа Джека Лондона стала дебютом в игровом кино для Александра Згуриди, известного мастера документального жанра. Задание на подготовку новой картины, экранизации произведения Джека Лондона, он получил в Министерстве кинематографии СССР в 1943 году.

«Я с детства любил Джека Лондона за его чудесные повести, рассказы, романы о сильных, волевых людях… Но особенно была мне по душе именно повесть «Белый Клык». Не только потому, что она переносила меня на таинственный романтический Север, но и потому, что в ней наряду с чисто лондоновским гимном силе явно прослеживался совсем иной мотив: вера в благородство и достоинство человека, в то, что духовность и бескорыстие займут место грубой жестокости, ненависти, «людоедства», как выразился он сам в статье «Мой взгляд на жизнь».

К выбору натуры творческая группа картины приступила в 1944 году. Натурные съёмки было решено провести на Алтае, так как природа края во многом подобна Юкону, где происходило действие повести. Производство картины началось в последние дни Великой Отечественной войны, весной 1945 года, и заняло около полугода. Большинство сцен запечатлено в окрестностях села Чемал, там и поселилась творческая группа картины. Сцены наводнения снимали около Чемальской ГЭС. Сцена, в которой волчонок падает в бурную горную реку, была запечатлена на Катуни. В качестве массовки привлекались местные жители, внешне похожие на североамериканских индейцев. Параллельно с производством «Белого Клыка» прошли съёмки документального фильма Згуриди «Материнская любовь».

Для многочисленных животных, задействованных в картине и привезённых из Москвы, была построена небольшая звероферма. Исполнителей главной роли в картине было трое. Два трёхнедельных волчонка-близнеца, которых нашли в лесу охотники, сыграли роль Белого Клыка в юном возрасте. Один из них был основным исполнителем, второй — дублёром. Роль взрослого Белого Клыка исполнила 4-летняя немецкая овчарка Риджор. Собака была подобрана в одном из служебных питомников за окрас и норов, схожие с волком. Режиссёр специально выбрал животное со сложным характером, чтобы показать в кадре агрессивное поведение Белого Клыка. Съёмочной группе пришлось, как и главному герою фильма, найти взаимопонимание с собакой.

Добиваясь естественного поведения животных в кадре, режиссёр держал волчат в квартире и впервые выпустил их в лес прямо перед съёмками. Волчата знакомились с природой, обитателями леса непосредственно перед камерами. Сцена, в которой маленький Белый Клык падает с обрыва, вполне натуральна, так как волчата (как это бывает и в природе) ещё не были знакомы со страхом высоты. Постановка небольшого эпизода потребовала нескольких дней подготовки для выбора киногеничной возвышенности и подъёма необходимого оборудования.

В прокат картина вышла 11 сентября 1946 года.

Как отмечали специалисты, картину одобрили к производству на волне «союзнической эйфории», когда допустимо стало изображать на экране идеологических противников положительными героями. Перед режиссёром возникли новые задачи. Впервые ему пришлось ставить сцены с участием актёров-людей. Кроме того, детское игровое приключенческое кино в первые послевоенные годы требовало поиска нового киноязыка. Сразу после выхода на экраны картина получила положительные оценки критики. Отмечена была работа режиссёра с животными-актёрами. Замечены критикой были центральные актёрские работы Жакова и Свердлина. В дальнейшем критики замечали, что Згуриди прежде всего режиссёр документального кино, и перенесение в игровое кино приёмов из другого жанра было не всегда оправданно.

Фильм был представлен СССР для участия в конкурсной программе Каннского фестиваля 1946 года.