Время, вперёд!

Сюита «Время, вперёд!» композитора Георгия Свиридова — одна из самых узнаваемых и ярких мелодий советского времени; в течение продолжительного времени она использовалась и используется в заставке программы «Время».

Также в фильме звучат другие песни той эпохи: фокстрот «Джон Грей» Матвея Блантера, «По морям, по волнам» и др.

Произведение прозвучало в финале церемонии закрытия Олимпийских игр 2010 года в Ванкувере под управлением Валерия Гергиева, представляя предстоящие зимние Олимпийские игры 2014 года в Сочи. На церемонии открытия Олимпиады-2014 в Сочи эта же тема вновь была использована — в сцене, изображавшей индустриализацию страны и коллективизацию сельского хозяйства в Советском Союзе. Танцоры в красно-чёрных костюмах взаимодействовали с гигантскими стилизованными тракторами, экскаваторами, шестернями и прочими подобными деталями механизмов. Российская сборная по художественной гимнастике включила данную увертюру в свою золотую программу по многоборью на летних Олимпийских играх 2016 года.

Автор сценария: Валентин Катаев, Михаил Швейцер

Режиссёр: Михаил Швейцер, София Милькина

Оператор: Наум Ардашников, Юрий Гантман

Художники: Абрам Фрейдин, Юрий Ракша

Композитор: Георгий Свиридов

Дирижёр: Э. Хачатурян (Государственный симфонический оркестр кинематографии)

Съёмки проходили в Керчи на территории Металлургического завода им. Войкова, построенного бельгийцами до революции. Во время войны Керчь несколько раз переходила из рук в руки и каждый раз территорию бомбили и взрывали. К 1964 году завод был восстановлен, но на этой его площадке уже не было доменных печей, мартенов, прокатных станов, там выпускали эмалированную посуду. Задачам съёмок руины соответствовали идеально. На территории завода построили декорацию вдоль железнодорожных путей, нашли старый паровоз, бетономешалку, тачки, стерлинги — все соответствовало эпохе начала тридцатых годов.

Возникали проблемы с артистами Юрским или Копеляном, которые были плотно заняты в своих театрах, С. Милькина летела в Ленинград и возвращалась обязательно с исполнителями.

Декорации на натуре и в павильонах были весьма достоверны. Однако первый же отсмотренный материал вызвал серьёзный кризис в группе. М. Швейцер мрачно молчал, С. Милькина заявила: «Концлагерь! Вы снимаете концлагерь! Михаил Абрамович, это типичный концлагерь!». Однако руководство творческого объединения согласилось с видением оператора.

Н. Ардашников так описывает свой подход:

«У Катаева в тексте были слова о том, что стройка — это ребус: огни, дымы, смешение людей, машин, ветра и дождя. Эти слова и определили изобразительное решение фильма. Камера непрерывно двигалась, панорамировала, следя за движением людей, машин, тачек, грабарок. Длиннофокусный объектив выхватывал самые неожиданные картины жизни стройки: вот ведут слонов в цирк, идет похоронная процессия, взрывают какие-то холмы, спешит куда-то один из героев фильма — и все это происходит в одном кадре. Это требовало безупречной организации, абсолютной слаженности работы всей съемочной группы.»

Огромным плюсом картины стала музыка Георгия Свиридова. После записи музыканты оркестра и А. Хачатурян ему аплодировали. Художественный совет шестого объединения «Мосфильма» был весьма серьёзным: Солженицын, Бондарев, Бакланов. На него явился В. П. Катаев в сопровождении Веры Пановой. Картина понравилась Катаеву, он рассказал группе, как Маяковский подарил ему название «Время, вперед!».